«Готовят шоковый сценарий». Чего боится Счетная палата

Здание Счетной палаты РФ на Зубовской улице в МосквеМаксим РубченкоЧитать 1prime.ru в

МОСКВА, 1 окт — ПРАЙМ, Максим Рубченко. Счетная палата заявила, что в среднесрочном прогнозе социально-экономического развития — и, соответственно, в новом федеральном бюджете — необходимо предусмотреть шоковый сценарий. В чем заключаются угрозы для российской экономики и насколько они реальны, разбирался «Прайм».

ПРИВИВКА ОПТИМИЗМАПравительство РФ внесло в Госдуму законопроект «О федеральном бюджете на 2022 год и на плановый период 2023 и 2024 годов». Проект бюджета сверстан на основе базового варианта среднесрочного прогноза социально-экономического развития, подготовленного Минэкономразвития.

«В прогнозе существенно улучшены параметры, важные с точки зрения составления бюджета, — заявил глава МЭР Максим Решетников, представляя прогноз правительству. — ВВП увеличится в 2022 году номинально по сравнению с 2019-м на 22% или 24,1 трлн рублей». Далее в течение ближайших трех лет ожидается рост экономики на 3% ежегодно.

«Трехпроцентный рост достижим при реализации всех запланированных мер госполитики, направленных на достижение целевых приоритетов, — мероприятий госпрограмм, нацпроектов и стратегических инициатив, — отметил Решетников. — Драйверами роста станут отрасли, обеспечивающие инвестиционную модель развития, экспортно-ориентированные отрасли обрабатывающей промышленности, ИТ, строительство, недвижимость, транспорт и профессиональные услуги».

По прогнозу Минэкономразвития, средняя цена на нефть сорта Urals в этом году составит 66 долларов за баррель, а к 2024 году снизится до 55 долларов. Соответственно, проект федерального бюджета на 2022 и 2023 годы сверстан с профицитом (1,33 трлн рублей и 300 млрд рублей соответственно), а на 2024 год планируется дефицит бюджета в размере 520 млрд рублей.

Этот умеренно-оптимистичный прогноз неожиданно вызвал жесткую критику со стороны Счетной палаты, которая предложила включить в прогноз шоковый сценарий, предусматривающий «резкое и непредсказуемое падение цен на энергоресурсы и сокращение внешнего и внутреннего спроса».

Счетная палата неоднократно отмечала в своих заключениях на проекты законов о федеральном бюджете, что худшие варианты прогнозов Минэкономразвития в последние годы не учитывают риски возможного ухудшения внешнеэкономических условий и имеют все признаки базового варианта. «В современной истории российская экономика уже неоднократно сталкивалась с экономическими потрясениями, прогнозирование которых не представляется возможным: наложение санкций в 2014 году, пандемия в 2020 году. Таким образом, целесообразно в рамках среднесрочного прогноза предусматривать сценарий шокового развития экономики в условиях резкого и непредсказуемого падения цен на энергоресурсы и сокращение внешнего и внутреннего спроса», — уверены в ведомстве.

Напомним, глава Счетной палаты Алексей Кудрин еще в июле заявил, что цена на нефть может стать существенно ниже к 2030 году из-за сокращения потребления углеводородов в мире, и финансовой системе России нужно брать это в расчет. «В перспективе, с учетом требований «зеленой экономики» и снижения выбросов СО2 мир существенно сократит потребление углеводородов, — говорил он. — И мы не можем сейчас предсказать, какая цена на нефть будет через три, или пять, или десять лет. Вот почему наша финансовая система должна рассчитывать, что она будет жить с ценами на нефть, которые могут оказаться существенно ниже нынешних значений».

КОПИТЬ ИЛИ ИНВЕСТИРОВАТЬ

Вопрос о сценариях развития экономики — отнюдь не абстрактный, поскольку от него напрямую зависит распределение бюджетных средств. Напомним, занимая в течение многих лет пост министра финансов, Кудрин постоянно призывал к закачке бюджетных денег в различные резервные фонды «на черный день» в ущерб государственным инвестициям. И сейчас фактически призывает правительство вновь вернуться к этой политике. Максим Решетников, напротив, специально подчеркивает, что «очень важно, чтобы ненефтегазовые доходы из бюджета поступали обратно в экономику — в виде социальных выплат, строек, научно-технических разработок».

Эффект от бюджетной поддержки экономики ярко проявился в период пандемии. Даже завзятые либералы признают, что программы поддержки, запущенные российским правительством в прошлом году, помогли избежать резкого обвала экономики. Спад оказался одним из самых низких в мире — около 4%, а восстановление произошло на удивление быстро.

«Экономика восстановилась на квартал раньше, чем это предполагалось в Общенациональном плане прошлой осенью: вместо третьего квартала 2021 года уже во втором, — констатировал Решетников. — ВВП в июле оказался на 0,4% выше, чем до пандемии. Выпуск продукции в обрабатывающей промышленности, сельском хозяйстве, строительстве, грузоперевозках уверенно превышает допандемические уровни».

Это серьезные аргументы в пользу продолжения активных бюджетных инвестиций. Доводы в пользу резервирования денег на случай внезапного обвала экспортных рынков выглядят значительно слабее. О возможности резкого падения цен на энергоносители в ближайшие три года не говорит никто. ОПЕК в своем свежем прогнозе, опубликованном на этой неделе, предсказывает снижение спроса на нефть только после 2035 года. В среднесрочной перспективе он будет расти: с 82,5 млн баррелей в сутки в 2020 году до 104,4 млн баррелей в сутки к 2026 году. При этом Организация отмечает, что почти 80% растущего спроса придется на 2021-2023 годы, что объясняется восстановлением после коронавирусного кризиса.

Так что предпосылок для резкого обвала нефтяных цен не просматривается. Соответственно, не стоит опасаться резкого снижения стоимости и других энергоносителей — топливная конкуренция не допустит резкого расхождения стоимости нефти с ценой газа и угля.

К тому же, как свидетельствует статистика, у нас растет и несырьевой экспорт. По оценкам директора Центра исследований международной торговли РАНХиГС Александра Кнобеля, в июле 2021 года несырьевой неэнергетический экспорт достиг рекордного объема в 26,2 млрд долларов, что вдвое превосходит показатели июля 2019 года. Одним из главных факторов такого роста стал экспорт продовольственных товаров и сельскохозяйственного сырья — он вырос на 38% относительно уровня 2019 года.

«Экспортные квоты, введенные в начале года, и механизм демпфера, действующий с июня, привели к умеренным показателям вывоза зерна, несмотря на значительный рост мировых цен и рекордный урожай 2020 года», — отмечает эксперт. Очевидно, что потенциал продовольственного экспорта в ближайшие годы будет расти, в том числе в связи с климатическими изменениями. Так что размеры валютной выручки по этому направлению будут практически полностью зависеть от решений правительства.

Нарастающий дефицит продовольствия в мире обеспечивает стабильный спрос на еще один традиционный продукт российского несырьевого экспорта — удобрения. «Значительное увеличение экспорта химической продукции (на 24% к январю-июлю 2019 года) было связано в первую очередь с ростом цен на азотные и смешанные удобрения, метанол и аммиак, а снижение цен на калийные удобрения было скомпенсировано наращиванием физических объемов вывоза на 49%», — отмечает Кнобель.

УГРОЗА С ВОСТОКА

Впрочем, сегодняшние высокие котировки сырьевых рынков вряд ли сохранятся надолго. Одной из очевидных причин их снижения может стать политика ФРС США. После того, как Конгресс США в очередной раз повысит потолок государственного долга, Федрезерв будет вынужден приступить к масштабному изъятию с рынка долларовой ликвидности, уверены эксперты. В то же время Минфин США резко увеличит объемы заимствований, чтобы восстановить резервы денежных средств.

В результате Штаты начнут вытягивать долларовую ликвидность с мировых рынков, что приведет к резкому укреплению американской валюты. Соответственно, снизятся мировые цены на все товары, котировки которых установлены в долларах. Однако обвального падения котировок ждать не стоит — речь может идти об их возвращении к летним уровням, которые были вполне комфортными для российских экспортеров.

Если же говорить о возможности масштабного обвала рынков, то главные опасения сегодня связаны с кризисом недвижимости в Китае. В последний день сентября китайский девелопер Evergrande выплатил первые 10% по истекающим в сентябре обязательствам. Денег на остальные выплаты у компании, похоже, нет. Главный вопрос сегодня — станет ли крах Evergrande спусковым крючком для широкомасштабного кризиса.

Предпосылки для этого есть. Как сообщается на сайте Evergrande, компания осуществляет 1300 проектов в 280 городах Китая, обеспечивая работой 3,8 млн человек (из них 200 тысяч работают непосредственно в Evergrande). По оценкам экспертов Всемирного экономического форума, проблемы Evergrande затрагивают 128 банков и 121 небанковскую организацию. Таким образом, ее крах может привести к цепи дефолтов и подорвать экономическую активность в Китае, поскольку порядка 30% ВВП страны обеспечивает именно сектор недвижимости.

«Недвижимость — чрезвычайно важный драйвер роста китайской экономики, — отмечает известный американский экономист Кеннет Рогофф. — Инвестиции в недвижимость возросли с 5% ВВП в 1995 году до более 13% ВВП в 2019 году, из которых более 70% приходится на жилую застройку. Для сравнения: в США этот показатель исторически составлял около 5% ВВП. Через инвестиции, строительство, финансовую систему недвижимость тесно связана с различными секторами экономики. Сфера недвижимости и строительства также имеет важнейшее значение для занятости в Китае, предоставляя около 20% всех рабочих мест частного сектора в городах».

Вывод очевиден: в случае широкомасштабного кризиса на крынке недвижимости китайская экономика резко замедлит рост. Соответственно, упадет спрос на многие сырьевые товары, крупнейшим потребителем которых сегодня выступает КНР и снижение их цен на десятки процентов может стать вполне реальным.

России к такому развитию событий нужно быть готовой. Но не за счет формирования новых «заначек», чем так любит заниматься экс-министр финансов Кудрин (по данным Минфина, объем средств в Фонде национального благосостояния и без того находится на историческом максимуме в 190,5 млрд долларов), а за счет ускоренного развития несырьевых производств. На это и нацелен проект нового федерального бюджета.

Источник




Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *